В прошлом году школы перешли на обучение через приложения и дистанционный формат. Некоторые эксперты видят преимущества в виртуальном обучении, но другие же опасаются негативного воздействия. В частности, это касается уровня образованности детей из малообеспеченных семей, у которых зачастую есть не весь спектр возможностей, монополизации обучения и применения технологий незаметного слежения.

В истории, вероятно, будет зафиксирован факт, что британские учителя были лучше подготовлены к пандемии COVID-19, чем министры правительства.
В связи с ростом числа случаев заболевания в Европе к концу февраля 2020 года уже 14 школ в Англии закрылось.
Когда 26 февраля 2020 года старшие сотрудники начальной школы Бархэма (англ. Barham primary school) начали составлять планы действий в чрезвычайной ситуации, они поняли, что им необходимо сделать ставку на использование цифровых технологий.

Было принято решение о ежедневной выгрузке всех заданий в ClassDojo - популярное приложение, которое уже использовалось для общения с родителями. Но была другая проблема, которая заключалась в том, что у некоторых родителей, не говорящих на английском языке как родном, этого приложения не было.
Когда через 3 недели было объявлено, что британские школы закроются в ближайшие 2 дня, сотрудники школы Barham, особенно говорящие на гуджарати, тамильском и хинди, вышли на игровую площадку школы с цифровыми устройствами в руках, чтобы помочь родителям получить всю необходимую информацию и установить контакт.

«Мы решили, что работу будем вести через ClassDojo, и это не подлежит обсуждению», - говорит Лаура Александер (Laura Alexander), старший руководитель школы и детского сада, которые посещают 930 детей в возрасте от 3 до 11 лет в Уэмбли (Лондон). «Каждый родитель должен был присутствовать там, чтобы мы могли общаться с ним и передавать задания детям».

Координация процесса в части распределения заданий для дистанционной учебы была лишь первой из многих проблем, с которыми столкнулись сотрудники школы Barham. Помимо того, что они стали все больше полагаться на образовательные технологии, или EdTech, приспосабливаясь к условиям COVID-19. Конечно, они были далеко не одиноки.
К апрелю пандемия вынудила почти 1,6 миллиарда детей и студентов покинуть свои школы и университеты по всему миру, заставив многих учителей встать на неровную тропинку обучения с использованием технологий, которые многим пришлось осваивать с нуля. И теперь, когда 5 января школы в Великобритании снова закрылись для большинства учеников, учителя снова начали проводить большей частью все занятия удаленно.

Для некоторых глобальный бум образовательных технологий был давно ожидаемой историей. Андреас Шлейхер (Andreas Schleicher), руководитель отдела образования Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), охарактеризовал пандемию как «прекрасный момент» в истории обучения. В мае губернатор Нью-Йорка Эндрю Куомо (Andrew Cuomo) публично задавался вопросом, почему все еще существуют «живые» классы, заявив, что бывший генеральный директор Google Эрик Шмидт (Eric Schmidt) и Билл Гейтс (Bill Gates) помогут переосмыслить в корне систему образования в штате .

Скептики, однако, предупреждали, что «цифровая пропасть» еще больше увеличивает существующие пробелы в достижениях учеников и социальное неравенство, с которыми сталкиваются дети из неблагополучных семей. Другие говорят, что школы плохо приспособлены для защиты данных своих учеников, и что растущая роль коммерческих интересов как в рамках государственного образования, так и в результате бурного роста рынка образовательных технологий, ориентированных непосредственно на потребителя, равносильна скрытой приватизации.

В конце марта, после столь быстрого уведомления о закрытии, большинство школ Великобритании обратились к тем цифровым инструментам, которыми они уже пользовались. Это нужно было, чтобы помочь ученикам продолжить обучение. Для некоторых это означало просто выгрузку ссылок на рабочие листы на школьные веб-сайты, в то время как другие давали уроки в режиме реального времени с помощью видеоконференцсвязи. Прошло совсем немного времени перед тем, как начали возникать новые проблемы.

«Мы выгружали задания в ClassDojo, но дети не могли прислать выполненные домашние задания потому, что они не получали достаточной обратной связи», - говорит Александр, который прошлой весной обучал учеников четвертого класса в школе Barham. Летом школа начала переход на Google Classroom, как более интерактивный инструмент дистанционного обучения, и педагоги настраивали личные уроки через Google Meet для тех, кто не мог вернуться в классы или самоизолировался по своей воле. До COVID-19 Google уже занял доминирующее положение во многих школах, предоставляя свои инструменты обучения бесплатно или по низкой цене. В первый месяц пандемии количество активных пользователей Google Classroom удвоилось и составило 100 миллионов.

Правительство способствовало развитию Big Tech в сфере образования. В конце апреля оно объявило о схеме предоставления бесплатной технической поддержки и обучения пользованию цифровыми инструментами Google и Microsoft для всех представителей сферы образования. Записались более 6 500 представителей начальных и средних школ в Англии - это более четверти от общего числа. С тех пор на этих двух платформах было создано около 2,4 миллиона новых учетных записей пользователей. В апреле Google подарил 4 000 бесплатных Chromebook и 100 000 точек доступа Wi-Fi студентам из сельских районов Калифорнии для домашнего обучения.

Критики, такие, как писательница Наоми Кляйн (Naomi Klein), говорят, что технологические гиганты быстро восприняли COVID-19 как возможность реализации своих амбиций в области образования. В июне, например, Microsoft опубликовала документ с изложением позиции под названием «Education Reimagined» (прим. - «Образование преобразилось»). Он начинается так: «Последствия COVID-19, продолжающийся прогресс в области цифровых технологий и растущий сдерживаемый спрос на обучение, ориентированное на учащихся, объединились, чтобы предоставить беспрецедентную возможность трансформации образования во всех системах».

Но будут ли школы продолжать пользоваться улучшенным цифровым способом обучения после пандемии? Инвесторы, безусловно, уверены в этом. Глобальные инвестиции венчурного капитала в EdTech более, чем удвоились - с 7 млрд. долларов в 2019 году до рекорда в 16,1 млрд. долларов в 2020 году, согласно данным консалтингового агентства HolonIQ.

Другие считают, что сдвиги и изменения станут постоянными. «COVID подтолкнула школы к внедрению, погружению и использованию большего количества функциональных возможностей инструментов в области образовательных технологий», - говорит Ханна Оуэн (Hannah Owen) из фонда инноваций Nesta. «Вероятно и оптимально, что мы перейдем к смешанным моделям обучения, в которых удаленные и цифровые платформы помогут поддерживать очное обучение в классе и будут способствовать минимизации нагрузки на учителей».

Многие лидирующие школы также обеспокоены и техническим усовершенствованием, ведь это может стать относительным преимуществом для большинства школ. Как раз эти преимущества ранее были оценены учениками частных (более обеспеченных) школ. Исследование Фонда Sutton выявило, что 30% учеников обычных школ выполняли задания уроков по видеосвязи (в формате LIVE) или в записи, по крайней мере, один раз за учебный день, по сравнению с 16% учеников обычного (очного) класса. И эта тенденция в частных школах превосходила результаты обычных государственных школ почти в 2 раза.

Учителя в школе Barham готовили пакеты с бумажными заданиями для домашнего обучения, в среднем, для трех или четырех учеников в классе, у которых не было цифрового доступа к материалам. «У большинства детей есть цифровые возможности для обучения в той или иной форме. Они могут использовать мобильный телефон отца, прежде чем он пойдет на работу, или телевизор с плоским экраном в гостиной», - говорит Карен Джайлз (Karen Giles), директор школы Barham, многие из учеников которой живут в многоквартирных домах. «Отсутствие равных возможностей здесь проявляется в том, что дети, у которых нет возможностей, остро ощущают это, в отличие от обеспеченных детей, которые находятся в более благоприятных условиях. Очень хочется восполнить этот пробел».

Джайлз пытался сделать это частично, приняв предложение правительства о помощи. По информации от Департамента образования, было предоставлено более 800 000 ноутбуков и планшетов для малоимущих учеников, когда началась пандемия COVID-19. На школу Бархем вместо 20 было выделено всего 6; это произошло тогда, когда отдел изменил критерии распределения в октябре. Фонд Sutton сообщил ранее в этом месяце, что всего 10% учителей в Англии сообщили, что все их ученики имели адекватный доступ к устройствам и Интернету.

Однако, цифровой разрыв заметен не только в части наличия у учеников техники. Дети, у родителей которых нет навыков или времени, чтобы помочь им использовать онлайн-платформы и устранять неполадки, когда это необходимо, также рискуют отстать. Одно исследование показало, что школы с менее обеспеченными учениками сократили разрыв в использовании онлайн-платформ по математике по сравнению с школами в богатых районах во время изоляции, но достигли более низкого уровня вовлеченности учеников.

«Учителя довольно хорошо умеют смотреть на класс и быстро оценивать, у кого нет, а у кого есть вопросы», - говорит Одри Уоттерс (Audrey Watters), американская журналистка, освещающая новости из сферы EdTech с 2010 года. «Это намного сложнее сделать по видеоконференцсвязи или через электронные таблицы».

Другие, однако, считают, что учителя могут использовать цифровые инструменты, чтобы лучше определить, кому больше всего нужна их помощь. «Насколько эффективно пользуются ученики приложениями можно узнать, изучив аналитику и BIG DATA, что может помочь учителям посмотреть на все по-новому: как разные студенты погружаются в материал, и взаимодействовать с ними по-разному в процессе обучения», - говорит Шлейхер.

Сторонники соблюдения политики конфиденциальности обеспокоены тем, что учителя, не говоря уже о родителях и детях, не могут отслеживать, что компании в сфере образовательных технологий делают с данными учеников. Например, когда учебные заведения подписывают Соглашение об использовании G Suite для обучения, они соглашаются с тем, что Google «время от времени» может вносить «коммерчески обоснованные изменения» в условия пользования.

«Условия использования многих из этих продуктов содержат длинные страницы, где трудно отследить дополнения, они часто меняются, и школы все равно не отправляют их родителям для ознакомления», - говорит Джен Перссон (Jen Persson) из группы кампании Defend Digital Me. «Поэтому, очень сложно понять, как Google или кто-либо другой использует данные ребенка».

В сентябре Вашингтонский международный совет по цифровой отчетности сообщил, что команды 79 из 123 образовательных приложений изучили данные пользователей, переданные третьим лицам. Это были имена, адреса электронной почты, данные о местоположении и идентификаторы устройств. Например, выяснилось, что популярное приложение для изучения языков Duolingo делится идентификаторами пользователей с внешними сторонами, включая Facebook.

Шлейхер отвергает подобные опасения. «Когда вы смотрите Netflix, вы делитесь своими данными, предпочтениями, и это помогает в настройке и улучшении условий пользования сервисом. Вот как работает BIG DATA. Я не думаю, что мы должны иначе поступать с данными из сферы образования, как-то отделяя их от общей массы».

В EdTech-компаниях, как больших, так и малых, наблюдался значительный рост числа пользователей благодаря COVID-19. Критики опасаются, что это может привести к размыванию некоторых основных принципов государственного обеспечения. «Если мы понимаем под приватизацией предоставление частным сектором услуг, традиционно предоставляемых государством, то можно сказать, что во время пандемии большая часть школьного образования в Великобритании была приватизирована», - говорит Бен Уильямсон (Ben Williamson), исследователь в области образования из Эдинбургского университета. «Попадание в школы в очень больших масштабах позволяет Google, Microsoft и другим компаниям продолжать разворачивать новую модель еще более широкого цифрового обучения, основанную на аналитике данных, искусственном интеллекте и автоматизированных адаптивных функциях».

Не только Уильямсон предупреждает, что пандемия ведет к скрытой приватизации. «Когда школы становятся зависимыми от систем технологических гигантов для обучения в классе, выполнения домашних заданий, управления и коммуникаций, и когда достигается определенный порог количества школ, в которых они работают, то государственное предоставление образования становится полностью зависимым от частных компаний», - говорит Перссон.

Между тем, во время пандемии наблюдался огромный рост рынка цифрового образования, ориентированного непосредственно на потребителя, о чем говорится в отчете «Коммерциализация и приватизация в образовании в период COVID-19», выпущенного в соавторстве с Уильямсоном и опубликованном зонтичной организацией международного союза преподавателей Education International в июле.

Хотя EdTech имеет много критиков, есть также много, кто подчеркивает потенциальные преимущества. Bukky Yusuf (Бакки Юсуф), старший руководитель и лидер научного направления в школе Edith Kay, независимый представитель компании Brent на севере Лондона, которая специализируется на обеспечении специальных образовательных потребностей. Она была обеспокоена переходом на использование EdTech, потому что многие из ее учеников достигли хороших результатов в обучении, благодаря именно практическому взаимодействию.

Юсуф была, однако, приятно удивлена результатами и отметила, что это помогло студентам заниматься эффективнее, а она получила больше возможностей для отслеживания результатов их обучения а также шанс - делиться именно теми материалами, в которых ее ученики нуждаются. «Настройка виртуального обучения также помогла минимизировать уровень беспокойства в плане подготовки к урокам для некоторых студентов, так как у них появился выбор в плане того, когда и как они могут взаимодействовать - через видео, аудио или писать в чате».

По словам сотрудников школы Barham, которые организовали собственные курсы цифрового обучения, теперь они чувствуют себя подготовленными к дистанционному обучению.
Учителя обнаружили, что сочетание традиционного обучения в классе и онлайн-обучения повысило вовлеченность родителей в учебный процесс, улучшило навыки пользования компьютером у учеников и контроль за стандартами обучения. «Мы навсегда изменились», - говорит Александр. «Смешанное обучение работает как на благо сотрудников, так и на благо детей. Иногда в Google Классе можно увидеть ребенка говорящего «Я не знаю, как это сделать», а затем вы видите детей, поддерживающих этого ребенка и подбадривающих его: «Попробуй это, попробуй то, я сделал так». Через 5 минут ты продолжаешь работу в качестве классного руководителя, а дети уже сами разобрались в своей проблеме».

Те, кто выражает озабоченность, подчеркивают, что они не против цифровых инструментов как таковых. Скорее, они ставят под сомнение растущую роль тех, кто имеет финансовые интересы в образовательных технологиях, в определении того, как они используются, и в формировании цифрового образа того, как работают школы. «Крупные миллиардеры в сфере высоких технологий оказывают огромное влияние на формирование образовательной политики», - говорит Уоттерс. «Некоторые из этих компаний платят очень, очень низкие налоги, но они обязаны платить надлежащие налоги, а не предоставлять бесплатные Chromebook. Нам нужно, чтобы школы больше говорили о том, чего хочет общество, а не о том, как компании, работающие в сфере информационных технологий, хотят, чтобы они выглядели в плане имиджа».

Источник: The Guardian (www.theguardian.com) от 23 января 2021.
"After Covid, will digital learning be the new normal?".

Автор: Ник Флеминг (Nic Fleming), обозреватель рубрики «Школы».

Интерпретация и перевод статьи подготовлены командой Russia Didac при поддержке программы "Финский Образовательный Марафон" и Ruspro Education.